Бояндин
Умереть впервые

Ралион – 2



«Пригоршня вечности»: Северо-Запад; Санкт-Петербург; 1998
ISBN 5-7906-0082-4

Аннотация

Многотомная фантастическая эпопея Константина Бояндина «Ралион» — без сомнения один из лучших образчиков жанра, — по праву снискала автору славу «русского Желязны». В романе читателя ждет каскад головокружительных приключений, магия, мистика, загадки и философия — все то, из чего сплетается пестрая ткань Ралиона.

Константин Бояндин
Умереть впервые

Путник, здесь тебе предложат честный обмен,
Проверь свои желания, осознай стремления.
За каждым камнем скрыта стена,
За каждой мыслью скрыт человек,
За каждым мигом скрыты века.
Выберешь будущее — шагни направо.
Выберешь прошлое — шагни налево.
Выберешь настоящее — возвращайся назад.
Выберешь единство — оставайся на месте.
Если нет света — придумаем свет,
Если нет тьмы — придумаем тьму,
Если нет сумерек — придумаем сумерки.
Если нет единства — исчезнет весь мир.
(надпись-мозаика Геллосского лабиринта)

Всем, кто участвовал в наших играх

Глава первая
ЕДИНСТВО

Был вечер 18-го дня осени 319 года. Не нужно обладать острым слухом, чтобы услышать скрежет металла о камень.
В просторном подвале, что находился где-то под городом Киншиар, зажегся свет и худенький юноша, обернувшись, прикрыл глаза. После кромешной мглы яркость была нестерпимой.
— Леглар! — крикнул он в пустоту зала. — А сейчас что не так?
Ответом ему был короткий смешок. Уши у юноши вспыхнули при звуке этого голоса. Затем из слепящего свечения послышался стук деревянных подошв о металл, и высокая фигура спустилась откуда-то сверху.
— Очень плохо, Таилег, очень плохо. Юноша оглянулся. Его окружали хитроумно расставленные предметы: стулья, столы, легкие деревянные коробки и тяжелые сундуки. Тонкие меловые линии были нарисованы на полу, образуя головокружительную путаницу. Несколько нитей соединяли предметы друг с другом.
Леглару на вид было лет сорок. Впрочем, люди доживали теперь до почтенного возраста в сто двадцать — сто сорок лет без особых трудностей, так что говорить о приближении старости было бы трудно. И все же грядущая зима уже отметила его пышную шевелюру.
— Вот и вот. — Он указал длинным пальцем куда-то в глубь паутины, среди которой стоял Таилег, двадцатилетний человек, единственным достижением которого было острое желание прославиться.
Неважно как.
Таилег проследил за пальцем и увидел оборванные нити. Сквозняк шевелил их обрывками, металлические пылинки искрились на почти невидимых волокнах.
— И здесь. — Другой палец указал в другом направлении, где едва видный след подошвы пересекал меловую линию.
— Одним словом, — подвел итоги Леглар, — три ловушки. Плюс сундук. Кто за тебя станет проверять его? Я слышал, что ты полез в него, не обследовав. Настоящему сундуку ты тоже станешь объяснять, что не хотел нарываться на неприятности?
— Как ты мог слышать! — воскликнул юноша, в сердцах стукнув ладонью по сундуку. С потолка, мягко шелестя, упала сеть, и Таилег с проклятиями принялся из нее выпутываться.
— В следующий раз намажу сеть какой-нибудь гадостью, — пообещал его наставник с презрительной усмешкой, но весело прищурив глаза. — Несколько ожогов — что может быть лучшим обучающим средством?
— Хватит на сегодня, — буркнул Таилег, выпутавшись из сети и пытаясь привести свою одежду в порядок.
— Да, действительно, — кивнул Леглар и жестом пригласил его следовать за собой. В углу подвала стоял небольшой столик, на котором аппетитной грудой лежала снедь. — Ешь, заработал. Не деликатесы, конечно, но раз уж тренироваться — так всерьез.
— Ты считаешь, что заработал? — спросил Таилег, с жадностью набрасываясь на сушеные фрукты и вяленое мясо. Обычная вода казалась напитком богов — после целого дня, проведенного в тренировочном лабиринте.
— Да, — коротко ответил его собеседник, удобно устроился в кресле и перестал улыбаться. — Две ловушки ты прошел чисто. Первую нить порвал случайно — уже устал, как мне кажется, — но тем не менее порвал. Все остальное — из-за плохого самообладания. Не знаешь, что делать, — стой и думай. И главное. Когда зажегся свет, ты так и остался стоять. С недовольной физиономией.
— Ясно, — мрачно ответил Таилег и вздохнул. Суставы ныли, и сидение на простом деревянном табурете вовсе не казалось благом.
— Но улучшение есть, несомненно, — кивнул Леглар и вынул из кармана часы. — О боги, уже восемь часов! Да, засиделись на этот раз. Ну ладно, день отдыха — послезавтра жду тебя здесь. Осталось восемнадцать дней, так что соберись.
В этот момент в кармане его куртки что-то музыкально заиграло. Озадаченный Леглар извлек небольшой красиво ограненный камень и уставился в его глубины.
— Даал, — низким и раздраженным голосом отозвался кристалл. Таилег вздрогнул и едва не упал со стула.
— Слушаю, — не менее мрачно ответил Леглар, делая ученику знак — помолчи, — Что случилось?
— Через полчаса ко мне в кабинет, — произнес кристалл, и на длинном лице Леглара поочередно отразились разнообразные выражения неудовольствия. — Срочное дело. Где живет твой новый ученик?
Глаза Таилега расширились, и он вопросительно ткнул себя большим пальцем в грудь.
— Сейчас он здесь, в тренировочном зале, — ответил Леглар кристаллу, с сомнением глядя в его светящиеся глубины.
Кристалл с облегчением вздохнул:
— Бери его с собой и — живо ко мне! После чего свечение кристалла померкло. Если бы пожелание Леглара исполнилось, владельца голоса ожидала бы очень неприятная смерть.
— Собирайся, — коротко кивнул Леглар, с хрустом разминая суставы. — Чувствую, нам сейчас припомнят последнюю вылазку. Торопись, если не хочешь отправиться к герцогу под стражей.
— Под стражей? — перепугался Таилег. — Может, мне… того?..
Леглар Даал, специалист первого класса по ловушкам, почетный член множества Гильдий и так далее, взглядом пригвоздил ученика к полу.
— Не валяй дурака, — посоветовал он и прикосновением к невидимой кнопке погасил весь свет. — От приглашений герцога не отказываются.
Они шли по людным вечерним улицам. Приходилось торопиться — правительственные здания находились почти на другом конце города.
Таилег шел и думал, где они могли попасться. Два месяца назад они с Легларом — как и многие другие, кстати, — посетили руины одного древнего подземного города. Вполне законное предприятие. Все ценное давно уже вывезено, все путешественники посещают город на свой страх и риск. Все трофеи разрешено уносить с собой. Правда, они немного… так скажем, случайно уклонились от безопасного маршрута и несколько часов блуждали по невообразимо жутким проходам… и трофеев-то кот наплакал. К чему тут придраться? Можно сказать, туристическая поездка.
Леглар шел и думал, куда его отправят на сей раз. Всякий раз, когда кто-нибудь из воров Киншиара стащит что-нибудь не то, его вызывают улаживать скандалы. Сейчас, сомнений нет, чем-то не понравились они сами. Ну да, у парнишки пока еще руки не оттуда растут, откуда положено, да и опыта маловато — но ведь ничего такого он не сделал! Сам же следил за его приключениями… Он почесал затылок и, встретив тревожный взгляд ученика, только пожал плечами.
— Если бы нас хотели посадить, то не стали бы вызывать по срочной связи, — пояснил он на словах.
— Тебя посадить, как же, — уныло отозвался Таилег.
В Гильдии воров, как и во многих других ремесленных цехах, дозволялось обращаться к наставнику на «ты».

— Ваша светлость, — негромко произнес Леглар, слегка подталкивая бледного Таилега вперед. За их спинами гулко сомкнулись створки дверей, оставляя их в обществе превосходной мебели, множества скульптур и недовольного герцога. Таилег заметил, что герцог явно одевался в большой спешке.
— У нас есть полчаса. — Герцог жестом приказал своим посетителям сесть. — Садись, Леглар, некогда соблюдать этикет. Ты тоже садись, — кивок в сторону Таилега.
Таилег украдкой осмотрел богато украшенный зал, где вершилась политика герцогства Киншиар, и беззвучно вздохнул. Герцог вообще не замечал его присутствия — сказывается воспитание. Кто он ему, собственно? Так, мелочь, уличный воришка… Да, но почему такая срочность? Безо всяких чиновников, без секретаря, в неприемное время… Он покосился на высокие окна. Никого. Здесь только они трое.
— У нас гости. — Герцог извлек откуда-то из стола сигару и не торопясь раскурил ее. — Гости очень неприятные, скажу сразу, и мне не хочется их задерживать.
— Наблюдатели, — произнес Леглар полувопросительно-полуутвердительно. Герцог недовольно кивнул.
— Они являются из ниоткуда, стража вынуждена их пропустить без официального объявления, и вся их милая троица приказывает мне явиться сюда к девяти, и чтоб вы двое тоже здесь сидели.
Таилег спрятал улыбку.
— Что-нибудь еще они сказали? — прервал Леглар неловкую паузу.
— Нет, и я как раз жду, что скажете вы. — Герцог впервые увидел Таилега и испепелил его взглядом. — Что натворили? Лучше скажите сразу. Может, вас сразу в темницу отправить или дать время скрыться. Ну, что натворили?
Леглар некоторое время наблюдал, как багровеет лицо герцога, и в конце концов вздохнул.
— Могу поклясться чем угодно, ваша светлость, — начал он, как вдруг негромко зазвенел колокольчик на обширном столе герцога.
Владелец стола обреченно вздохнул.
— Вот, началось, — сказал он шепотом.
Таилег собственными глазами увидел тень страха на желчном аристократическом лице.
Наблюдатели шли через зал целую вечность. Двое из них были ольты, вендор, как их звали на Островах. По их лицам невозможно было угадать возраст. Властные над своим телом, они отчасти были властны и над временем. Пожалуй, только по глазам, по манере держаться можно было бы оценить их возраст.
И конечно, когда было бы время заглядывать в глаза. Таилег не на шутку перепугался — но не от вида двух высоченных Наблюдателей, которые были на голову выше Леглара (а тот не считался низкорослым). Что-то неосязаемое навеяло на него противный, обидный страх. Он чувствовал себя словно карапуз, которого уличили в краже варенья.
Третьим в этой команде было и вовсе нечеловеческое существо. Оно имело, конечно, две руки и две ноги. Однако было и покрытое чешуей тело, короткий хвост, придававший существу несколько танцующую походку и когти на руках и ногах.
Одно только облегчение: ростом существо было всего футов пять. Одной рукой поднять можно, подумал Таилег и невольно отступил назад, задерживая дыхание.
Как и от всяких чудищ, запах от этого должен был быть весьма неприятным. Однако крепкий дым дорогой сигары перебило не зловоние, а терпкий запах леса. Коры какого-то дерева… трав… мха… Таилег не успевал удивляться, слишком быстро все происходило.
Леглар встал первым, коротко поклонился и быстро произнес несколько слов на музыкальном, приятном для слуха языке. Оба ольта кивнули и, миновав Леглара, Таилега и рептилию, направились прямо к герцогу. Там они по-хозяйски уселись в кресла для посетителей и вполголоса принялись о чем-то беседовать. Тут Таилег бросил украдкой еще один взгляд на герцога и вновь порадовался: герцог был бледен и то и дело вытирал со лба пот.
Глаза рептилии остановились на Таилеге.
— Что вы подобрали во время последнего… похода? — спросила она на безукоризненном Нижнем Тален. Если бы не паузы между словами, Таилег поклялся бы, что перед ним человек, надевший маску рептилии. Вертикальные зрачки сверлили его взглядом, и выражение чешуйчатого лица было совершенно незнакомо. Небеса, зубов-то сколько…
Рука как-то сама собой полезла в карман… Леглар бросил на Таилега удивленный взгляд. Юноша осознал, что его наставник ожидал чего-то другого.
Руку с зажатым в ней небольшим предметом Таилег протянул к существу… когда Леглар поймал его за локоть. Вот уж воистину стальная хватка! Леглар столь молниеносно остановил его движение, словно он, Таилег, намеревался зарезать этого недомерка!
Осторожно Таилег разжал ладонь. На ней лежала изящная булавка. В оправу, изготовленную из самородного серебра, был вправлен небесно-голубой камень. Даже издалека было видно — не безделушка. Тонкая работа… и стоит немало.
Существо аккуратно протянуло ладонь к его руке, остановив движение в паре дюймов над булавкой. Таилег почувствовал слабое тепло, исходящее от когтистых пальцев. Ощущение было необычным — тепло словно вихрями исходило из чужой ладони, ввинчиваясь в его собственную.
Рептилия кивнула и отступила на шаг. Теперь ее глаза с вертикальными зрачками и сиреневыми радужками остановились на Легларе, и они обменялись несколькими фразами на том же музыкальном наречии. Судя по тону, Леглар в чем-то оправдывался. Рептилия вновь кивнула, шагнула мимо Таилега, вовсе не обращая на того внимания, и села рядом с остальной троицей. Герцог сделал жест Таилегу с Легларом — подождите, мол, за дверями.
Пришлось выйти.
— Слушай, что происходит? — Таилег пытался унять дрожь в руках и не мог. Леглар посмотрел на него искоса и тихонько рассмеялся:
— Они решают, что с тобой сделать. Рука Таилега с булавкой остановилась на полпути.
— За что? За это? — Он показал булавку наставнику, и свет канделябров вспыхнул внутри камня зелеными лучиками. — Что в этом незаконного?
— Скажи мне, по секрету, разумеется, — где ты ее откопал? — неожиданно спросил Леглар сухим и жестким тоном.
Таилег опешил.
— Д-да там, в той комнате — помнишь? — там, где много столов было порубленных, картины на стенах…
Леглар схватился за голову и застонал.
— Там, на полу, случайно ничего не было нарисовано?
— Было, — честно признался Таилег, сам от себя этого не ожидавший. — Вроде как углем. Но ничего такого, спокойно ногой стиралось, я и стер… а булавка посреди кучи мусора валялась.
К Леглару успело вернуться самообладание.
— Говорил я тебе — сначала меня спроси, — зло обругал он ученика. — Теперь радуйся, если жив останешься.
Таилег хотел было возразить — тебе, мол, покажешь, так ничего себе не останется, — но передумал. Шутки кончились. Таким своего наставника он видел редко.
— Так что ж я такого сделал-то? — спросил он почти робко.
Леглар пожал плечами и устроился в кресле поудобнее.
— Сейчас тебе все скажут, — ответствовал он мрачно.
Ждать пришлось недолго. Наблюдатели вышли из зала, попрощались с Легларом (не замечая при этом Таилега) и оставили их двоих.
— Вернитесь-ка сюда, — послышался холодный голос из мрачной глубины, откуда медленно выплывал сизый сигарный дым.
Когда оба они вновь предстали перед очами его светлости, герцог выглядел гораздо лучше. Судя по всему, осознал Таилег, герцог поначалу рассчитывал на что-то очень скверное. На что же? Что могут приказать ему Наблюдатели? Странно все это.
— Таилег из Киншиара, — размеренно произнес герцог, протягивая юноше свиток. — Я уполномочен передать вам свиток от Наблюдателей Киншиара. Там описано особое поручение, которое вам надлежит исполнить. Начинайте незамедлительно.
— Даал, — голос герцога стал чуточку добрее, — для тебя тоже есть особое поручение. Лично от меня. Мы поговорим о нем с глазу на глаз.
Намек был прозрачнее некуда.

Глава вторая
ТЬМА

Выяснилось, что Таилег не переносил качки.
Торговый корабль «Кориам», пассажиром которого он был, шел по спокойному морю — волны едва